silbern_drache | Длинный фанфик глава 16,

в которой Майкл что-то замышляет.

Самая придурошная глава во всём этом безобразии. Не уверена. что я ей довольна. но ладно, пусть будет.

***
Небеса как всегда сияли чистотой и белизной, и ангелы спешили по своим делам под навязчиво оптимистичную фоновую музыку.
Архангел Майкл стояла наверху одной из лестниц неподалёку от своего кабинета. Она с улыбкой смотрела вслед ангелу, который двигался к ведущему на Землю эскалатору. Она не помнила его имени и совершенно не хотела его знать – если её однажды спросят, она честно ответит, что с ним даже и не знакома.
Впервые за много дней Майкл была довольна.
Никто не рискнул бы признать это вслух, но Небеса переживали не лучшие времена.
Тысячи лет назад, после Войны и Падения, потеряв половину собратьев павшими или Павшими, а затем вскоре перестав получать прямые указания от Бога, разгневанные, скорбящие и перепуганные ангелы искали смысла во всём происходящем и пытались понять, что им делать дальше. Они знали, что существует Божий План, и по частицам известного составили его – Великий План, в который уместились Небеса, Земля и Ад, который обещал им некое утешение в итоге. Они наладили гигантскую машину Небесной канцелярии и работали не покладая рук. Время от времени Бог давала им знаки, чего ожидать и что следует сделать. Ни разу Она не сообщала им никоим образом, что они делают что-то не то.
И вдруг в последний момент им дали понять, что Бог никогда не хотела, чтобы этот план сработал.
Небесная дисциплина не позволила сонмам ангелов немедленно впасть в смятение, но недоумение и испуг чувствовались повсюду. Нас накажут? Что нам теперь делать?
Архангелам было едва ли не хуже других. Каждый из них реагировал по-своему. Уриил пребывала в перманентной истерике, попеременно каясь и восхваляя Её доброту. Сандалфон недовольно замечал, что Ад всё равно нуждается в трёпке и почему бы не устроить хотя бы её, если уж нельзя Конец Света. Он был идиотом, но такое настроение Майкл нравилось. Рафаэль мягко улыбался с надписью "а я говорил" поперёк лба. Габриэль думал, что было пугающе само по себе, и старался поддерживать всеобщую бодрость духа.
Майкл просчитывала ходы.
Вся эта ситуация подрывала авторитет Небес – внутри и снаружи, и одна мысль об этом вызывала у Майкл холодную ярость. А ещё был ангел Азирафель. Предатель, якшавшийся с демонами и прямо нарушавший приказы, который оказался таинственным образом неуязвим для наказания. А едва он покинул Небеса и вернулся на Землю, архангелы получили бумагу, золотом по белому сообщавшую, что они преступили границы своих полномочий, ангел Азирафель и демон Кроули действовали в согласии с волей Бога, и потому любые дальнейшие попытки наказать их строго запрещаются.
Их выставили дураками. Небеса выставили слабыми и не ведающими, что они творят.
Кроме того, сама ситуация существования не Падшего ангела вне Небес была абсурдна и немыслима. Это создавало иллюзию некой третьей стороны, что давало повод для лишних мыслей и расшатывало положение ещё больше.
Следующий ход в этой игре должен был быть очевидно выигрышным. И если Азирафеля нельзя было уничтожить, значит, его нужно было вернуть. А точнее, заставить вернуться.
Пристально изучив материалы, Майкл пришла к выводу, что знает, как это сделать.
Начало не захочет оставаться на Земле в одиночестве.
Нужно было устранить его приятеля-демона. Причём так, чтобы никто не мог упрекнуть или даже заподозрить Небеса в этом. Возможно, они даже неофициально выразят Азирафелю соболезнования. Идеальным вариантом было бы убрать Кроули руками других демонов или людей, но первое было на данный момент трудно устроить, а второе – слишком ненадёжно, Майкл мало доверяла способности людей эффективно справиться с демоном, хотя периодически они демонстрировали успехи в этом деле.
В конечном счёте Майкл остановилась на варианте охваченного праведным гневом ангела, действующего самовольно, исключительно из желания освободить собрата от демонического влияния. Кроме того, это давало повод для проведения пары необходимых дисциплинарных мероприятий на Небесах. Найти подходящего кандидата и обработать его было нетрудно.
И вот теперь он спешно отправлялся на Землю, а Майкл могла заняться другими делами и изобразить изумление, когда они получат новость. Архангел развернулась, чтобы уйти, и вдруг пол ушёл у неё из-под ног и свет в глазах померк на секунду.
Она стояла посреди города, напротив красной церкви. Колокольня гордо возносилась над остальной улицей, на больших часах блестели золотом цифры. По улице ходили люди, на ведущих к церкви ступеньках сидела группка подростков. Изнутри доносились звуки органа.
– Церковь святого Михаила, Гамбург. Один из символов города, – сообщил мягкий голос у неё за спиной, и Майкл стремительно развернулась.
Перед ней стоял… стояла...
Как описать того, кто выше и больше любых описаний? Кто неизменен и меняется каждую секунду.
Хрупкая старушка с яркими голубыми глазами протянула руку и потрепала Майкл по плечу:
– Я подумала, тебе может понравиться это место. Можно было бы посмотреть острова, но там маловато людей, так что я выбрала это.
Почти шесть тысяч лет – ничего, и вот?! Майкл гордилась своей выдержкой, но сейчас она ей изменила, и архангел только стояла и молчала, глядя на Мать.
Молодая японка раскрыла над ними обеими зонтик, закрываясь от солнца:
– Ты, надеюсь, знаешь, как люди любят называть в честь тебя – церкви, острова и особенно детей? Они говорят, мальчик с твоим именем будет честным, справедливым, заботливым. Нам, конечно, их суеверия не указ, но всё же разве не забавно, что столько милых, щедрых и общительных людей названы в честь моего упрямого, сурового, хитроумного архангела?
Её голос звучал насмешливо, но ласково.
Майкл пожала плечами. Ей наконец удалось совладать с собой.
– Люди делают много странного.
– А как насчёт ангелов? – веснушчатая девчонка лет десяти растянула зонтик в скакалку и крутила её.
– Мы пытаемся исполнять Твою волю. Но Ты не хочешь дать нам её знать.
Она фыркнула, и в этот раз Майкл почти удалось заметить момент, когда девчонка превратилась в поджарую негритянку в спортивной форме:
– Вы так страдаете, что я перестала с вами разговаривать, можно подумать, будто вы правда слушали меня раньше. Вот тебе я что говорила? Развлекайся, как хочешь, но пусть твои игры не вредят никому. И что вы с Люцифером устроили? А теперь? Я вам даже написала, чтобы вы не трогали Азирафеля и Кроули. И что сделала ты? Лично я называю это непослушанием. Повторяю ещё раз: не трогайте этих двух ангелов.
Майкл не знала, есть ли ей ещё что терять. Возможно, что бы она ни сказала сейчас, этот разговор кончится для неё в луже серы. Поэтому она посмотрела на Бога и возразила:
– Нет никаких двух ангелов, есть жалкое подобие ангела и демон.
– Ангел и падший ангел, можно и без грубостей, – Она поправила выпавшую из причёски светлую прядь. – А может быть, мы должны придумать для них новое слово, но это уж вы справитесь без меня, можете попросить Адама.
– Новое слово? Есть Небеса и Ад, ангелы и проклятые, Твои слуги и Твои враги. Здесь нет места третьему варианту. Прикажи – и не будет места и второму. Прикажи – и мы наконец уничтожим Ад.
Она – подросток с кислотно-зелёными волосами – нагнулась подобрать яркий осенний лист и, выпрямившись, посмотрела на Майкл немного устало.
– Варианты – это хорошо, Майкл. Игра с тремя сторонами веселее, чем с двумя, а с одной просто ужасно скучна. Не помню, чтобы ты когда-нибудь любила пасьянсы.
– Кроули – демон. Первый Искуситель! Твои любимые люди жили бы в Эдеме по сей день, если бы не его козни. Неужели ты правда защищаешь и его тоже? Только за то, что раз за шесть тысяч лет он случайно сделал что-то в соответствии с Твоей волей?
– Его воля совпала с моей. И это куда приятнее выполнения приказов.
– Ангелам и демонам не полагается свободы воли, Ты дала её только людям. Мы выполняем предназначение.
– Понимаешь, Майкл, свобода воли – это не то, что тебе кто-то может дать. Она начинается в тот момент, когда ты её берёшь. И мы бы с тобой не спорили бы о непослушании, если бы ты сама её уже не присвоила, так что не надо ханжества, – нравоучительно сообщила женщина средних лет в леопардовом платье, качая круглыми серьгами.
– Он не просто демон, – Майкл злилась. – Насколько я помню, он был невыносим, даже когда был ангелом.
Бог рассмеялась, поблёскивая золотыми коронками:
– Невыносим, да. Любопытен, смел, непослушен и начисто лишен уважения к старшим... а ещё ужасно забавен. Неплохо было бы видеть его снова более весёлым. Но, пожалуй, не стоит вмешиваться, пусть разбираются сами. Века за два должны управиться.
Она повернулась и посмотрела на Майкл бездонными серыми глазами с тонкого бледного лица:
– Я прощаю тебя на этот раз, твоя ошибка была искренней. Но не вздумай испытывать моё терпение больше, непослушания я не люблю. Никаких нападений на Азирафеля и Кроули.
– Я должна остановить начатое сейчас?
Бог подумала секунду:
– Не стоит. Мне любопытно посмотреть, как они в этот раз справятся.

***
Комментируйте, дамы и господа, а то мне нервно и скучно делается) Да, я вымогатель.

Flat | Top-Level Comments Only

From:

lada vorobeva (from livejournal.com)

По-моему, очень классная яркая хулиганская глава. Фраза про Габриэля, который думал, сделала мой вечер (мне сразу представился Хэмм с его улыбкой, и я не могу перестать, извиняюсь, ржать) XD Да, думающий Габриэль - незабываемое, должно быть, зрелище.
Очень логичное объяснение, откуда вообще взялся Великий План и как ангелы дошли до жизни такой.
Бог... Ну, вот да, такой она в ГО и должна быть. Постоянно меняющийся облик - очень классная идея. В очередной раз поражаюсь, как Вам удается передавать дух канона.
Очень круто, правда. Вечер пятницы прям выдался удачным, спасибо)))
И, да, всё-таки расслабляться пока рано, конторы от своих планов не отказались...

From:

Navigation

Бред наш насущный даждь нам днесь (с)

Длинный фанфик глава 16,

Page Summary

Style Credit

Expand Cut Tags