silbern_drache | Длинный фанфик. глава одиннадцатая,

в которой разрешается клиффхенгер десятой.

Давайте, приходите и раскритикуйте наш с Азирафелем метод спасать демонов)

***
Холодным декабрьским вечером ангел стоял посреди Лондона с умирающим демоном на руках.
Сколько раз они с Кроули спасали друг друга от болезненного развоплощения и неприятностей с начальством, появляясь в нужный момент? И вот теперь он опоздал, подвёл Кроули именно в тот раз, когда это было на самом деле важно.
На глаза Азирафеля наворачивались слёзы, но после первого момента паники он вдруг понял, что точно знает, что делать.
– Держись, Кроули, – прошептал он демону на ухо. – У меня есть план. Не уплывай, оставайся со мной.
И первым делом нужно было убраться из этого ужасного сквера.
Книжный был близко, и Азирафель мог бы просто донести Кроули туда, но для его плана лучше подходило чуточку более демоническое место, поэтому он закрыл глаза и через секунду уже стоял в коридоре у Кроули. Войдя в спальню, он предельно бережно положил друга на кровать и сел на краю рядом.
– Кроули, – мягко позвал он, – послушай меня. Ты мне доверяешь?
Демон приоткрыл глаза, явно заинтригованный настолько идиотским в текущей ситуации вопросом, и ангел поспешил уточнить:
– Нет, не совсем так. Ты знаешь, что я никогда не причиню тебе вреда?
Кроули недоумённо приподнял бровь, но кивнул.
– Это очень важно для моего плана, – пояснил ангел, беря его за руку. – Пожалуйста, помни это. Я никогда не раню тебя и не нанесу тебе вреда. Хорошо?
– Твой план мне уже не нравится, – сообщил Кроули.
– Извини, но лучше у меня нет. Не надо было давать себя насмерть ранить, – с упрёком вздохнул Азирафель. – Я наткнулся на эту идею, пока искал средство от твоего кашля, и несколько доработал её. На самом деле она изумительно проста, только... несколько противоречит нашим представлениям о возможном.
Демон закатил глаза, но Азирафель настойчиво продолжал:
– Что святая вода, что небесные клинки несут энергию, которая, сталкиваясь с демонической, разрушает её. Значит, всё, что нам нужно, это... обмануть их. Если добавить к твоей ауре немного ангельской и смешать их, действие ослабнет и почти наверняка я смогу тебя исцелить.
– Ангел, это бред.
– Ничуть. Я уверен, что это сработает. В конце концов, мы на самом деле уже делали это, когда поменялись телами и маскировали наши ауры, чтобы не попасться сразу. Просто в этот раз придётся... копнуть несколько глубже.
Кроули фыркнул и тут же скривился от боли:
– Несколько? Ангел, это не просто опасно, это скорее всего убьёт нас обоих, и я не собираюсь рисковать тобой ради какого-то шанса...
– Кроули, я рискну чем угодно, когда речь идёт о твоей жизни, – отрезал Азирафель. – Кроме того, я не стал бы предлагать этот рецепт первому встречному демону, но в тебе достаточно добра, чтобы справиться с частицей божественной энергии. А я слишком далёк от образцового ангела, чтобы немного демонической всерьёз повредило мне.
Этот аргумент явно поколебал уверенность Кроули, но демон всё ещё упрямился:
– Ты не можешь заставить меня, – сказал он, снова закрыв глаза, явно готовый бросить бороться и соскользнуть в забытьё.
Азирафель медленно глубоко вдохнул и крепче сжал его руку. Конечно, не могу, это про любовь и доверие, а не насилие.
– Поэтому я прошу тебя, Кроули, позволь мне попытаться. Я собирал материал и рассчитывал всё несколько дней, я знаю, о чём говорю. Поверь мне. Пожалуйста, – даже если я наполовину вру и рассчитать это точно нет ни малейшей возможности. – Как я, по-твоему, должен жить, зная, что мог что-то сделать, чтобы спасти тебя, но даже не попытался?
Несколько секунд демон никак не показывал, что вообще слышал его слова – Азирафель мог только затаить дыхание и надеяться, что эти секунды снова не окажутся именно теми, которых не хватит...
Кроули медленно открыл глаза:
– Ты невыносим, ангел, – сообщил он. – Ладно.
Азирафель с облегчением выдохнул.
– Просто расслабься и не отталкивай меня, хорошо? – он сплёл их пальцы вместе, закрыл глаза и мысленно потянулся к другу.
Вот они, ангел и демон. Небесная благодатная аура и демоническая адская, светлая и тёмная, примыкают друг к другу, едва касаясь. Азирафель мягко свёл их вместе и почувствовал, как Кроули вздрогнул, не давая себе инстинктивно отпрянуть. Он был чудовищно слаб, и силы вытекали из него. Медленно, осторожно, Азирафель окутал его собой, защищая от всего остального мира и пытаясь остановить этот поток. Строго говоря, ангел понятия не имел, может ли это сработать, он вообще был довольно поверхностен в целительстве – как любой средний ангел. Целителем был и оставался Кроули, хотя назови его так, и получишь в ответ много возмущённого шипения. Но хранить и защищать ангел умел.
Где-то они парили в эфирных просторах, и солнечный свет сиял на крыльях ангела, а внизу распростёрлась бездна ночи. Азирафель держал Кроули на руках, бледного до прозрачности, не плотнее собственной тени. Воздух был тих, и ангел скользил в поисках грани, где смешивались в равновесии свет и тьма, становясь сумерками.
Где-то он бережно, мягко до конца совместил ауры и принялся осторожно размывать границу. Черный и белый растворялись и блёкли, тьма и свет превращались в золотистый туман.
Где-то огненное колесо с множеством небесно-голубых глаз кружилось вокруг чёрного змея, смыкалось вокруг него. Они были исконными врагами, Азирафель ничего не мог поделать с этим, здесь у него не было возможности быть бережным, только соразмерить применяемую силу со слабостью противника во имя честности схватки. Святой огонь раздвигал и разрывал чешую, проникая под неё, чтобы встретиться с адским холодом – превратиться тут же в обжигающую стужу верхних небес, которую охватывало клокочущее пламя преисподней. И пока жар и холод силились уничтожить друг друга, сцепившись в бесконечной череде взаимных превращений, меняя друг друга и оставаясь прежними, тратя бесценную энергию на ускользающее паром тепло, на боль от ожогов, Азирафель задал, пожалуй, самый дерзкий вопрос в своей жизни:
– Если мы так схожи, то в чём разница?
– Ни в чём. Во всём. Глупый, глупый ангел, это убьёт нас обоих, если ты не прекратишь, – змей укусил колесо, нырнул сквозь него, чтобы ускользнуть.
Глаза закрылись на секунду и распахнулись с новой решимостью:
– Нет.
И змей был пойман колесом в бесконечное вращение. Чёрное змеиное тело распласталось на ободе, пасть к хвосту, холод и пламя слились в одну бесконечную агонию.
Но демон был Кроули, и ангел был Азирафель, и как они не могли не причинять друг другу боли здесь и сейчас, так же они не могли по-настоящему причинить друг другу вреда, потому что были уверены в этом.
Что ожидаешь найти, заглянув демону в душу? Зло, конечно, знак принадлежности Аду – и оно ударит, как бы ты ни считал себя готовым к этому. И злость, и быстрый гнев. Боль. Часть её была свежей, но часть горела с тех пор, когда Земля едва была завершена, когда ангелы низвергались с Небес... у большинства демонов на её месте наверняка давно осталась только пустота и голод до чужой боли и силы. Кроули она жгла до сих пор и вплеталась во многое... Одиночество. Холодное и безжалостное, прикосновение к которому заставило сердце ангела сжаться. Тоска и отвращение, усталость, валящая с ног... и тут же, рядом – любопытство, забота, весёлость. Любовь. По всем писаным и неписаным законам невозможная для демона, но когда Кроули было дело до чьих-то правил.
Азирафель отступил, зная, что переступает границу, что не имеет права вторгаться туда, где кончается просто демон и начинается Кроули... Не имеет права менять хоть что-либо здесь – но он всё равно попытался отдать хоть немного тепла туда, где царило одиночество, и та старая боль манила его к себе – не только желанием хоть как-то утишить её, но обещанием ключа к тому юному ангелу, которого он не знал, который задавал слишком много вопросов, которому не страшна была святая вода...
Азирафель никогда не хотел знать, какие вопросы привели Кроули к Падению. Он всегда был слишком большим трусом.
Сейчас он как никогда был близок к тому, чтобы их знать – и они наполняли его гневом.
– Ангел! – Кроули шипит и вырывается из его объятий – только для того, впрочем, чтобы, высвободив руки, вцепиться ими в плечи Азирафелю, словно пытаясь встряхнуть того. – Ангел, прекрати это!
Тишина неба сменилась ревущим ветром. Он бил и рвал крылья и бросал ангела из стороны в сторону, и вдруг оказалось, что Азирафель потерял равновесие и не в силах удержать их обоих в воздухе, не с этим ветром, не с этим гневом, не с этой болью Ада, вторгшейся в его существо.
Мир качнулся, бездонная тьма рванулась навстречу, ветер в конец обезумел, швыряя двоих, падавших, падавших... Падавших.
– Ангел, дыши, – упрямое шипенье над ухом на секунду пробилось сквозь вой, и Азирафель не сразу понял, что Кроули имеет в виду. Это было ненужно тут, слишком по-человечески, бесполезно и почти невозможно с ветром, несущимся мимо на такой скорости.
Чёрные крылья распахнулись, затормаживая падение, превращая его снова в полёт.
– Дыши, – ещё раз сказал Кроули и запрокинул голову. Вокруг них сгущался сумрак, но золотые глаза демона отражали отблески солнца. Мощным взмахом крыльев он послал их обоих вверх, и, хитря и обманывая ветер, прокладывал дорогу назад, к свету.
Азирафель заставил себя вдохнуть – такая простая вещь так успокаивала, вытесняя и страх, и гнев. Конечно, это не должно было сработать здесь. Но какое дело до правил. И, чуть придя в себя, он снова перехватил инициативу – Кроули был слишком слаб сейчас, чтобы нести двоих долго.
Они достигли пронизанных светом сумерек снова, когда ветер ударил всерьёз, закрутил их в воздухе и потащил в разные стороны. Невероятная сила обрушилась, пытаясь оторвать их друг от друга. Словно сами Свет и Тьма решили затребовать своё, унося Азирафеля наверх и Кроули – вниз, угрожая разорвать их на части и пересобрать заново по своей воле за непослушание. И они знали с непреложностью факта, что стоило им разжать руки – это был бы конец, и они никогда не нашли бы друг друга больше.
Вселенная сжалась до стиснутых ладоней и рёва бури, но мягкий голос каким-то чудом перекрыл его.
– Отпусти, ангел. Останешься цел.
– Думать не смей, – Азирафель стиснул зубы и пальцы.
И буря утихла.
Безумный план сработал. Оба они были здесь, в золотистом сумраке, и Кроули уже не выглядел тающим призраком, хотя Азирафель всё ещё чувствовал его раны. Не думая, он потянулся к ним, и исцеление было легко и естественно, словно вдох.
Потом он открыл глаза, усилием воли возвращаясь к человеческому телу, и обнаружил, что в какой-то момент упал на демона и теперь полулежит, уткнувшись лбом в плечо Кроули и залитый кровью рукав его куртки. Демон еле заметно дышал, но, похоже, ещё не мог очнуться. Ангел торопливо сел – прогулка в Ад и встреча с Хастуром определённо были Кроули противопоказаны сейчас, так что физические раны требовали немедленного внимания. Взглянув на постель, Азирафель с запоздалым сожалением подумал, что стоило попытаться хотя бы приостановить кровотечение сначала, но он слишком спешил спасти самого Кроули, а не его человеческое тело. Мелкие раны затянулись легко, смертельная в живот требовала большего внимания, и это заняло бы у Азирафеля немало времени, если бы в какой-то момент другая воля не направила его силу, будто свою собственную. Это было... странно, но они всё ещё были настолько тесно связаны, что в самом деле так было проще всего.
Затем Кроули мягко отстранился, и Азирафель отпустил его. На какой-то момент он почувствовал себя странно обездоленным от этого.
– Ты в порядке, ангел? – Кроули сел на постели. – У тебя кровь на лице.
– О, боюсь, это твоя, – Азирафель взмахнул рукой, избавляясь от всей грязи и крови на кровати и их одежде, потом строго посмотрел на демона: – Ты знаешь, что это была самая идиотская попытка искушения в твоей карьере?
– Напомни мне никогда больше не соглашаться на твои планы, – кивнул демон, и Азирафель даже не попытался сдержать улыбку.
Кроули провёл руками по лицу и со стоном откинулся обратно на подушки:
– Думаю, мне стоит поспать, я совершенно без сил.
– Отдыхай, – повинуясь мгновенному порыву, Азирафель наклонился и поцеловал демона в лоб. – Я буду где-нибудь тут, зови, если понадоблюсь.
Кроули промычал что-то неразборчивое, зарывшись в подушки.
Ангел решил, что мысль о диване в гостиной и пледе была в самом деле весьма заманчивой.

Flat | Top-Level Comments Only

From:

perelynn.livejournal.com

А красиво, мне понравилось.
Достаточно метафизично, чтобы передать потусторонность происходящего, но достаточно эмоционально и понятно, чтобы было с чем соотнестись.
Пассаж, где Азирафель видит одиночество Кроули и вопреки себе рвется заполнить его теплом, в самом деле согрел :)

From:

Navigation

Бред наш насущный даждь нам днесь (с)

Длинный фанфик. глава одиннадцатая,

Page Summary

Style Credit

Expand Cut Tags