Через час после конца последней серии сижу и думаю, почему мне не хочется назвать "Broadchurch" мрачным.
Почему при всей, в общем, жестокости того, что этот сериал так убедительно рассказывает о людях, он не оставляет безнадёжности, горечи или опустошённости, не ложится на душу камнем, как бывает. Только задумчивость. И не боязнь доверять, а желание вглядываться в людей.
Почему красота того, как снята эта история, не выглядит внешней красивостью обёртки для грязи, а абсолютно органично присуща ей.
Почему, в конце концов, после него одновременно хочется молчать и говорить - или, может быть, скорей так хочется разделённого молчания.
Допишу сюда же: ужаснуться и осудить или понять и простить - стандартная популярная альтернатива. Идея "понять и простить" прекрасна сама по себе, но ей слишком злоупотребляют. Любой маньяк просто недолюблен в детстве, давайте пожалеем его. - Спасибо, я не хочу понимать и прощать какого-нибудь мужа Сюзан Райт.
"Бродчёрч" как раз даёт третий путь. Для которого я не могу подобрать краткую формулировку, но он кажется куда... вернее.
Почему при всей, в общем, жестокости того, что этот сериал так убедительно рассказывает о людях, он не оставляет безнадёжности, горечи или опустошённости, не ложится на душу камнем, как бывает. Только задумчивость. И не боязнь доверять, а желание вглядываться в людей.
Почему красота того, как снята эта история, не выглядит внешней красивостью обёртки для грязи, а абсолютно органично присуща ей.
Почему, в конце концов, после него одновременно хочется молчать и говорить - или, может быть, скорей так хочется разделённого молчания.
Допишу сюда же: ужаснуться и осудить или понять и простить - стандартная популярная альтернатива. Идея "понять и простить" прекрасна сама по себе, но ей слишком злоупотребляют. Любой маньяк просто недолюблен в детстве, давайте пожалеем его. - Спасибо, я не хочу понимать и прощать какого-нибудь мужа Сюзан Райт.
"Бродчёрч" как раз даёт третий путь. Для которого я не могу подобрать краткую формулировку, но он кажется куда... вернее.